8(985) 174-20-63 ( м.Бабушкинская )
8-(916)-947-99-60 (м.Белорусская)
Ученики / Статьи

Интервью Анны Шафажинской журналу "БОСС"

Анна Шафажинская: «ЛЮБИТЬ И БЫТЬ ЛЮБИМОЙ»

Интервью Леонид Лютвинский

Официальный сайт Елены Погребижской (Butch)

Официальный сайт группы 'Белый Орел'

 


 

Анна ШАФАЖИНСКАЯ: «Я ВСЕМИ СИЛАМИ СТРЕМЛЮСЬ УЧАСТВОВАТЬ В ПОСТАНОВКАХ В РОССИИ»

Беседу ведет Александр Полянский

В последние месяцы 2003 года на Новой сцене Большого театра прошла премьера оперы «Макбет» в постановке Эймунтаса Някрошюса, знаменитого в бывшем СССР и за рубежом драматического режиссера. Одной из исполнительниц партии леди Макбет была новая звезда мировой оперной сцены, наша соотечественница, живущая ныне в Канаде, Анна Шафажинская.
— Анна, в Москве вы участвовали в оперной постановке известного драматического режиссера. Насколько характерно сейчас для оперы привлечение драматических режиссеров, использование новых форм в этом очень консервативном жанре?

— Эймунтас Някрошюс очень популярен на всем пространстве бывшего СССР, широко признан он и на Западе, в частности получил премию как лучший шекспировский режиссер. Привлечение его и многих других режиссеров к постановкам классических музыкальных спектаклей связано с последними тенденциями в опере, с ее обновлением, которое сейчас происходит.
В истории оперного искусства была эпоха примадонн, затем эпоха великих дирижеров, потом их «сместили» великие тенора. Теперь, в начале нового столетия, наступила эпоха режиссеров. Оперный спектакль в традиционном варианте несколько статичен. Поэтому драматические режиссеры стремятся сделать оперу более зрелищной, что привлекло бы публику. Таким образом, упор переносится на драматическую сторону действа.
— Однако нередко происходит определенное смешение жанров. Та же постановка Някрошюса, на мой взгляд, представляет собой сочетание классического музыкального ряда с мюзикловой по своей сути сценографией... Это делается для привлечения публики?
— Разумеется.
— Хорошо это или плохо, с вашей точки зрения?
— Должна сказать, что я не являюсь большим энтузиастом обновления оперы любыми способами. Немцы и голландцы, например, вообще уже не знают, что придумать, какие еще интимные моменты показать на оперной сцене. И публика идет на такие спектакли не слушать известного тенора или знаменитое сопрано, а смотреть некие сомнительные сцены, которые к собственно опере не имеют отношения. Причем далеко не все зрители пребывают от такого новаторства в восторге.
Я сама была свидетельницей, как в Ковент Гардене, когда на сцене происходила, простите, демонстрация полового акта, почти половина публики выражала по этому поводу возмущение — люди вставали и уходили. Надо заметить, в спектакле участвовали прекрасные певцы.
— А что делала другая половина зрителей?
— Радостно аплодировала. Мое же мнение совпадает с позицией тех зрителей, которые ушли. Я не ханжа, но подобные сценические эксперименты считаю неприемлемыми. Я — за оперу с ярко выраженной драматической составляющей, но не перечеркивающей все остальное в классическом музыкальном спектакле. Следование традициям, сохранение определенных рамок — важнейшие принципы оперы как жанра музыкально-драматического искусства, от этого нельзя отступать.
— Многие считают, что сегодня в опере происходит «кадровая революция». Появилось очень много молодых по оперным меркам звезд...
— Действительно, сейчас на мировой оперной сцене большинство ведущих исполнителей не старше 40—45 лет: для оперного певца или певицы такой возраст всегда считался молодым. Раньше в таком возрасте оперную карьеру только начинали. По-моему, омоложение оперы — это неплохо.
— Сейчас в опере, как и в драматическом театре, получила широкое распространение антреприза. Благо это или зло, на ваш взгляд?
— Работа в труппе имеет свои плюсы и минусы. С одной стороны, певец, входящий в труппу, меньше думает о хлебе насущном — он получает роли от художественного руководителя театра. С другой стороны, театральная труппа — это некое сообщество, живущее по собственным законам.
Знаете, в самом начале моей жизни на Западе я подала документы на работу стажеркой в один из канадских оперных театров. Мне не предъявили никаких профессиональных претензий, но отказали. Интересно, что тогда же я получила уведомление из Италии о том, что стала победительницей конкурса Паваротти. Так что я начала работать в антрепризе не от хорошей жизни. Позднее, кстати, я пела в том самом театре в качестве приглашенной солистки.
Работа по контракту более трудный хлеб, чем работа в труппе, но у меня в первое время не было выбора: не располагая связями в западном мире классической музыки, я не могла рассчитывать на карьеру в какой-то труппе. Сейчас же я не отказываюсь от своего принципа выступать исключительно в антрепризе, поскольку подобная жизнь для меня более привлекательна и в профессиональном, и в личностном плане.
Антреприза — это благо, так как во всем мире публика имеет возможность слушать, сравнивать, получать удовольствие от искусства многих певцов из разных стран. Почему люди должны десятилетиями слушать только неких Иванова или Сидорова, даже если они великолепно поют? Сравнение стимулирует искусство.
Вероятно, привозных постановок не должно быть слишком много, чтобы в каждой стране развивались собственные таланты, но антреприза в опере очень важна.
— Может ли антреприза помочь отечественной опере, сегодняшнее состояние которой оставляет желать много лучшего?
— Безусловно, она будет содействовать улучшению положения, и это уже происходит. Спектакль, в котором я принимала участие, — тому пример.
— Насколько привлекательны наши вокалисты для мировой оперной сцены?
— Очень привлекательны, их на мировой сцене множество. И слава богу, что это так: в России и республиках бывшего СССР прекраснейшие голоса. У нас талантливый народ, мы быстро учимся, и на своих ошибках в том числе. Приобретаем культурный опыт, облагораживаемся, ведь, чтобы петь в опере на мировом уровне, кроме хорошего голоса нужно иметь массу других достоинств.
Равных «русским» нет. Итальянцы сейчас страдают от недостатка голосов, особенно драматических. Драматических сопрано, драматических теноров, драматических баритонов они приглашают к себе со всего света. Американцы — хорошие вокалисты, они вышколены и качественно выполняют свою работу, но...
— Но поют без души?
— Я бы сказала, не могут выразить душу так, как это делаем мы. Наши певцы сочетают вокальную технику, музыкальную культуру и потрясающую выразительность исполнения. Потому и пользуются большим спросом на мировом оперном рынке, являются, по существу, лидерами.
— Актуальна ли для российских певцов проблема сочетания отечественной и западной школ вокала и традиций музыкального театра в целом?
— Наши артисты оперы на Западе поют и играют вполне по-европейски. Но, кстати, в отношении себя я должна заметить, что, учась в России, прошла отличную школу: актерскую у ряда замечательных отечественных педагогов, прежде всего у руководителя моего курса в Гнесинском училище Флоры Яковлевны Нерсесовой, и вокальную у нескольких прекрасных педагогов, в первую очередь у музыкального руководителя нашего курса, а затем моего личного педагога по вокалу Анны Давидовны Ривкинд. Это драматическая и вокальная школы мирового уровня, которые позволили мне сразу же адекватно выглядеть на западной оперной сцене.
— Каким путем лучше всего делать мировую оперную карьеру? Стать звездой в своей стране, а потом обрести признание на Западе, как Владимир Атлантов например? Или начинать карьеру сразу на наднациональном уровне, как, в частности, вы?
— Моя карьера складывалась именно таким образом в силу обстоятельств, но должна сказать, что пословица «Нет пророка в своем Отечестве» очень подходит к оперному жанру. Причем это относится не только к России. Когда-то, живя в Москве, я длительное время пыталась устроиться в музыкальный театр; примерно так же мыкалась на своей новой родине — в Канаде. Я почти десять лет живу в этой стране, но здесь практически не пела. Причем, раньше из-за того, что меня не брали, а теперь потому, что канадские импресарио не в состоянии заплатить мне гонорар по моим нынешним ставкам.
— А Большой театр смог?
— Большой заплатил максимальную для него цену. К тому же российским театрам я всегда готова пойти навстречу.
— Вы долгое время занимались эстрадой. Как получилось, что вы стали оперной певицей?
— Учась в Гнесинке, я пела и оперы, и эстраду. Многие мои сокурсники пошли по эстрадной стезе. Филипп Киркоров, например, стал одной из самых ярких российских эстрадных звезд.
А я... Просто в один прекрасный день проснулась и поняла: хватит задирать ноги и прыгать с микрофоном. Если Господь дал мне голос и людям он нравится, я должна петь в опере.
— Когда вы снова приедете в Россию?
— К российскому слушателю у меня особое отношение. От нашей публики идет настолько сильный положительный заряд, что хочется петь для нее бесконечно. Поэтому я всеми силами стремлюсь участвовать в постановках в России, возможно, удастся приехать в 2004 году. СПРАВКА «БОССа»
Анна Шафажинская родилась в Одессе. В 1989 году окончила отделение музыкального театра Московского музыкального училища им. Гнесиных. После училища пробовала свои силы как в опере, так и в эстрадно-джазовом жанре. В качестве исполнительницы главной партии отечественного англоязычного мюзикла «Русские на Бродвее» в начале 90-х годов оказалась на гастролях в Канаде, во время которых проект обанкротился.
Певица начала в Торонто новую жизнь. Не имея связей в западном мире классической музыки, Шафажинская пробивалась в него, участвуя в ведущих международных оперных конкурсах, благодаря чему получила финансовые ресурсы, возможность заниматься с лучшими оперными наставниками, привлекла к себе внимание ведущих антрепренеров классического музыкального театра. Анна стала победительницей V Международного вокального конкурса Лучано Паваротти (после конкурса она спела с ним заглавную партию в «Тоске» на сценах Ла Скала и Оперы Филадельфии, а затем заглавную партию в «Турандот» в Опере Филадельфии), а также еще 14 мировых вокальных конкурсов.
В течение нескольких последних лет Анна Шафажинская исполнила: партию леди Макбет в опере «Макбет» в Театро Массимо (Палермо), Театро Коммунале (Флоренция) и Большом театре; заглавную партию в «Тоске» в постановках Нью-Йоркской оперы, Финской национальной и Норвежской национальной опер, Парижской оперы; заглавную партию в «Турандот» в Нью-Йоркской опере, Ковент Гардене, Далласской опере, Нидерландской опере, Опере Нового Орлеана, Валлонской королевской опере (Бельгия), Уэльской национальной опере, Большом театре; заглавную партию в «Аиде» в постановке Оперы Онтарио; партию Маддалены в «Андре Шенье» в Норвежской национальной опере; партию Мюзетты в «Богеме» в Торонтской опере; партию Лизы в «Пиковой даме» в Далласской опере. При этом певица принципиально не является сотрудницей ни одного из оперных театров, в которых выступает, предпочитая работать по контракту на серии спектаклей.
Обладая сенсационным, по отзывам западной прессы, драматическим сопрано — высоким женским голосом большой силы и насыщенности — и великолепной вокальной техникой, позволяющей сочетать мощь и мягкость, она успешно поет не только такие традиционно драматические партии, как, например, Аида или Маддалена, но и партии для лирико-драматического и лирического сопрано. По мнению специалистов, Шафажинская — одно из самых примечательных явлений в вокальном искусстве за последнее десятилетие. По сочетанию яркости и вокальной культуры многие сравнивают ее с самым знаменитым сопрано XX столетия — Марией Каллас.

Источник: БОСС


 



 

Анна Шафажинская: «ЛЮБИТЬ И БЫТЬ ЛЮБИМОЙ»


   Давно наша рубрика «Зеленый диван» не рассказывала о такой яркой, колоритной личности. В канун всеми любимого в Канаде праздника Анна Шафажинская пришла в редакцию в точно назначенное время, несмотря на то, что только-только прилетела из южноафриканского Дурбана, где в сопровождении симфонического оркестра дала блестящий сольный концерт. Я еще раз убедился в том, что точность (добавлю, и обязательность) – вежливость королей, а в данном случае – королевы. Королевы оперной сцены. Поверьте, здесь нет преувеличений: все, кому посчастливилось услышать и увидеть ее, это охотно подтвердят...

- С приездом, Анна, и добро пожаловать в The Yonge Street Review! Можно с места – в карьер? Скажите, наверное, это очень приятно – быть знаменитой?
   - Здравствуйте, Геннадий! Я с удовольствием приняла Ваше приглашение, много слышала о Вашем «Зеленом диване». Так вот, отвечая на Ваш вопрос, скажу, что слукавила бы, если сказала бы «нет». Каждая творческая личность стремится к известности, популярности. В конце концов, не это ли признак успеха, которого жаждешь всю жизнь? Я с детства пою, сильный голос – это от природы. Еще в Одессе, в детском хоре «заглушала» других...
   - Прямо, как Федор Шаляпин. Помните, в воспоминаниях Горького о великом певце есть похожее место? 
   - Очень лестная параллель, спасибо. Но я пела вместе с другой, современной знаменитостью, когда училась в «Гнесинке», на отделении «актер музыкального театра и комедии».
   -С кем же это? 
   - С Филиппом Киркоровым.
   - Он действительно известен, но мне кажется, пришло время как раз ему говорить: «Я учился вместе со знаменитой Аней Шафажинской!».
   - Важно, наверное, не то, кто о каком скажет лестные слова, важно, чтобы это, во-первых, соответствовало действительности и, во-вторых, чтобы успех не вскружил голову. Славу-то надо удержать...
   - Как Вы шли к ней? Сегодня Вы не только обладательница великолепного драматического сопрано, но и, пожалуй, - самая востребованная оперная певица Канады. Этого же надо было добиться за сравнительно небольшой срок! Все новые канадцы, люди творческих специальностей, знают, как неимоверно тяжело придти к подобному результату в стране, где тебя никто не знает, да и не очень-то стремится узнать. 
   О какой «нашей» певице можно прочитать, подобное тому, что написала «Нью-Йорк Таймс»: «Когда «Турандот» спела Шафажинская, стало, наконец, понятно, почему Калаф отдал свою жизнь в ее руки...»?
   - Это сейчас, а когда я в Москве после окончания института, став обладательницей диплома «певица эстрады, оперы и оперетты», сразу бросилась «в объятия» знаменитого в то время «Мюзик-холла», о подобном не могла даже мечтать. Я так увлеклась эстрадой и джазом, что однажды, переусердствовав, сорвала голос. Это была почти катастрофа. Успокоил Зураб Соткилава: «Не надо паниковать, Анечка. Все образуется. Только запомни: надо для себя выбрать что-то одно. Вот видишь, я же перестал играть в футбол, когда понял, что мое призвание – оперное искусство. Джаз, эстрада – это замечательно, но если ты решила стать серьезной певицей (а у тебя, поверь, есть все данные для этого), отдай свое сердце опере, и твоя любовь будет вознаграждена».
   - Вы получили очень ценный совет и, самое главное, вовремя. Соткилава, вообще, очень добрый человек. Я знаю это не понаслышке... 
   - Ну да, вы земляки, я совсем забыла, там у вас в Грузии все друг друга знают...
   - Земляки, скорее, мы с Вами, Аня. Я-то родился в Днепропетровске. А вот «тбилисец», впрочем, как и «одессит», - это на самом деле почти национальность. Там и сейчас много великолепных певцов, а когда-то это была «поющая страна». Сейчас, правда, не до песен, но они зазвучат, я уверен...
   - Дай-то Бог. У меня в Грузии много друзей, я хорошо знаю нынешнего директора Тбилисского оперного театра Бадри Майсурадзе, он меня все приглашает на гастроли. Но Грузия – так далеко...
   - А что, Южная Африка ближе?
   - Нет, конечно, но знаете, гастрольная жизнь певицы, она буквально расписана по дням, а еще есть такие жесткие рамки, как контракт...
   - Но все же, как складывалась Ваша творческая судьба в Канаде? Вы эмигрировали?
   - Это было не совсем так. Помните нашумевшую историю с мюзиклом «Russians оn Broadway», гастролировавшим в Канаде в 93-м? Я была в составе группы из 53 человек. Это были лучшие артисты знаменитых ансамблей «Березка», Моисеева, Вирского. Так вот, организатор гастролей с московской стороны вдруг отказался от оплаты, и мы очутились на улице – без денег, без крыши над головой, без обратных билетов на дорогу. Но мир ведь не без добрых людей. К тому же канадское телевидение обратилось к своим сердобольным согражданам: «Возьмите русских артистов!».
   - И кто Вас взял? 
   - Не меня, а нас – восемь человек – гостеприимно принял один иммигрант по имени Роман. Там я встретилась со своим будущим мужем – Олегом Сергеевым, тоже артистом, бывшим солистом театра «Малигот» и балетной студии Эйфмана. Больше полугода помогал он мне и мои друзьям: организовывал наши выступления в ресторанах, клубах (так я впервые познакомилась с замечательными людьми из «Лехаим»), и мы, наконец, стали хоть что-то зарабатывать. В итоге только двадцать человек вернулись в Россию... Я стала канадкой по спонсорству Олега и счастлива, что у меня такой верный и надежный друг. Потом в одной из студий встретилась с Верой Каушанской. Она поверила в меня и стала бескорыстно заниматься со мной. А, вообще, моим первым другом и постоянным аккомпаниатором стала знаменитая Нина Шапильская. Оказывали мне помощь Мила Филатова, у которой сейчас своя оперная компания, Раиса Нахманович, Микеле Страно, Гофредо Ричи... Им всем, этим замечательным людям, я обязана многим.
   - И как складывалась Ваша карьера дальше? 
   - Как и все новые канадцы, стала рассылать резюме – десятками, сотнями. Статус дал мне возможность выехать за рубеж, и я приняла участие в своем первом международном конкурсе в Нью-Йорке. Потом был еще один успех, затем – еще один, а в 1997 году я стала лауреатом V Международного конкурса Лючано Паворотти и как величайшую награду восприняла право спеть с ним «Тоску». Это было незабываемо. Потом было много творческих поездок с Ниной Шапильской. Особенно мне запомнился успех на интернациональном конкурсе в Бильбао (Испания) и на конкурсе имени Энрико Карузо в Италии. Контракты пошли один за другим...
   - Вам по душе контрактная система?
   - Да, мне нравится. Одно дело, когда сидишь привязанной к одному театру и на зарплате. Совсем другое – контракт. Это, прежде всего свобода выбора. А для творческого человека это главное.
   -Я хочу, с Вашего позволения и присутствующего при нашей беседе Олега затронуть одну деликатную тему. Известно, что опера – синтетический вид искусства, и самое главное в ней, конечно, – голос. Но зритель, слушатель, мне кажется, не очень-то верит в любовь героя-красавца, если его партнерша, обладательница самого что ни есть наипрекраснейшего голоса, - извините... тумба бесформенная, да еще, как говорится, «лицом не вышла». В Вас же удивительно гармонично сочетается все – и голос, и внешность, и пластика. Я видел Вас на оперной сцене и надеюсь, что читатели мне поверят. Так вот, в сценах любовных объяснений с Вашей героиней не переигрывают ли партнеры? Однажды во время гастролей румынской певицы красавицы Елены Черней в Тбилиси Зураб Анджапаридзе так «переиграл», что долго не мог оторваться от уст героини. Зал уже начал свистеть и топать от восторга, а темпераментный солист еще пару минут ни на кого не обращал никакого внимания. Увлеклась и Елена Черней...
   - Он действительно несколько переиграл. Но талантам (а Зураб Анджапаридзе был великий талант) прощают многое. Мы, конечно, имитируем такие сцены, это, кстати, тоже надо уметь, но ничего страшного не происходит, если кто-то вошел в роль. Как шутит мой супруг, для искусства ничего не жалко... Он сам - человек театра и знает, что говорит.
   - Значит, понимающий супруг – Ваш идеал мужчины?
   - Не только понимающий. Прежде всего, любящий и любимый. Самый надежный, самый-самый...
   - Вы - счастливый человек. Но счастье для Вас, наверное, не только в любви к мужу...
   - Конечно, я счастлива, когда пою. Это для меня всегда праздник, хотя я никогда не забываю, что это и тяжкий труд одновременно...
   - Ну, да. Никогда ведущие театры мира - ни Нью-Йорк, ни Лондон, ни Флоренция, ни Сан-Диего, ни Амстердам - не предоставили бы вам свои именитые площадки, если бы не видели в Вас большой талант, помноженный на большой труд. 
   - А еще я бываю счастлива, когда зрители благодарят меня. Никогда не забуду, как один молодой человек после спектакля в Нью-Йорке подошел ко мне с букетом белых роз и сказал: «Я уже давно потерял отца, самого дорого мне человека, и думал, что никогда не смогу радоваться, как раньше. Низкий Вам поклон за то, что возродили во мне любовь к жизни».


Источник: Зеленый Диван

Вокал для всех  |  Педагоги  |  Условия обучения  |  Методика обучения  |  Полезные статьи  |  Ученики  |  Записи учеников  |  Контакты
Вокал для всех
Педагоги
Условия обучения
Методика обучения
Полезные статьи
Ученики
Записи учеников
Контакты
Анна Давыдовна Ривкинд
Статьи
Отзывы
Иннокентий Дмитриевич Островский